Лекция 10. СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СИМИЛЯТИВНЫХ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ МОДЕЛЕЙ АНГЛИЙСКОГО, НЕМЕЦКОГО И ШВЕДСКОГО ЯЗЫКОВ
Под структурно-семантической моделью ФЕ понимаем типовые схемы взаимодействия специфической знаковой структуры ФЕ со структурой их прототипов – переменных сочетаний слов. Не оставляя без внимания всего разнообразия видов семантического переноса, отмечаемого в сфере фразеологии, в целях сопоставительного изучения проанализируем три наиболее распространенные из них: 
а) симилятивный перенос, включающий в качестве своей разновидности собственно метафорический перенос; 
б) индикаторный перенос, в качестве разновидности которого рассматривается собственно метонимический перенос; 
в) смешанный, т.е. индикаторно-симилятивный вид переноса (Савицкий 1993). 
Симилятивным считаем такое уподобление двух объектов, при котором осуществляется сопоставление не тематически родственных, классификационно близких объектов (тарелка, миска), а тематически разнородных и классификационно удаленных объектов, например, проклятия и цыплята: Curses like chickens come home to roost; дети и птенцы: Wenn die Jungen flugge sind, verlassen sie das Nest; люди и ягоды: Det ar sa lika som tva bar. 
Симилятивное сравнение, в отличие от классификационного, устанавливающего иерархию уровней абстракции от индивидов к видам, от видов к родам и т.д., «видоизменяет смысл, сталкивает логически и синтаксически несоединимые порядки и тем самым порождает некое третье (синтетическое) значение, создает некую новую… целостность» (Поляков 1986). Характерными чертами симилятивного сравнения являются следующие факты: 
а) не все общие признаки образа и темы служат основанием сравнения; 
б) не наблюдается абстрагирования от их различительных признаков, играющих важную роль в создании нового смысла. 
Т.е. любой семантический признак, не обязательно существенный, может послужить основой симилятивного сравнения. «То, что случайно, частно и мелко с концептуальных позиций, может оказаться закономерным, общезначимым и глубоким – с художественной» (Савицкий 1996). 
Сопоставим симилятивные ФЕ изучаемых германских языков с помощью фреймовых моделей. В качестве примера рассмотрим межъязыковые эквиваленты англ. cast the first stone at smb, нем. den ersten Stein auf j-n werfen, швед. kasta forsta stenen pa ngn – выдвигать обвинение против кого-л. Основание сравнения ФЕ может быть описано фреймом-сценарием: 
Фрейм № 1. КОНФЛИКТ (фаза НАПАДЕНИЕ) 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: 
x ИМЕЕТ I; ЕСЛИ (x ИСПОЛЬЗУЕТ i ПРОТИВ Z), ТО (Z СТРАДАЕТ). 
2. Желание x: X ХОЧЕТ (Z СТРАДАЕТ). 
3. Действие X: X ИСПОЛЬЗУЕТ I ПРОТИВ Z. 
Поверхностный уровень отражает лишь часть основания сравнения, т.е. действие субъекта x (нападающего). 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 1: 
 	x 	 	 	i 	 	Z 	
Слот 1 (поверхност. часть сценария) 	(нападающий) 	использует 	первый 	(средство) 	против 	(жертва) 	
Слот 2 
(буквальный план) 	некто 	бросает 	первый 	камень 	в 	кого-то 	
Слот 3 
(переносный план) 	некто 	выдвигает 	первый 	обвинения 	против 	кого-то 	
Слот 4 
(носитель фразеосемантики) 	somebody 
jemand 
nagon 	casts 
wirft 
kastar 	the first 
den ersten 
forsta 	stone 
Stein 
stenen 	at 
auf 
pa 	smb 
jmndn 
nagon 	
Фрейм убедительно демонстрирует сквозное взаимно-однозначное, т.е. изоморфное, соответствие элементов на всех уровнях строения ФЕ. При этом каждый лексический компонент обладает самостоятельной семантической нагрузкой как в буквальном, так и в переносном плане. В данном виде моделей симилятивных ФЕ каждый лексический компонент имеет относительно самостоятельное переносное значение, т.е. характеризуется относительно самостоятельной способностью к номинации: 
англ. to put a spoke in smb’s wheel, shorten the arm (or the hand) of smb, to divide (or separate) the sheep from the goats, to rule with a heavy (high or an iron) hand, to spare the rod and spoil the child; 
нем. j-m in die Speichen fallen, j-s Hand abkurzen, die Schafe von den Bocken scheiden, mit einem eisernen Stabe weiden (mit eisernem Stabe regieren), die Rute schonen und das Kind verderben (verwohnen); 
швед. satta en kapp i hjulet for ngn, forkorta ngns arm, skilja faren fran getterna, valla (styra) ngn med en stav av jarn (jarnspira), spara pa riset och hata sin son, ga sina egna vagar, sta sig i alla vader. 
Второй вид взаимодействия элементов поуровневого строения ФЕ проиллюстрируем на примере межъязыковых эквивалентов англ. to build (castles) on (the) sand, нем. (etw) auf Sand bauen, швед. bygga (ngt) pa losan sand (pa sanden). Основание сравнения в данном случае может быть описано с помощью фрейма-сценария: 
Фрейм № 2. БЕСПОЛЕЗНОЕ ДЕЙСТВИЕ 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: 
ЕСЛИ (z ИМЕЕТ ПРИЗНАК A) ТО БЕСПОЛЕЗНО (X СОЗДАЕТ Z). 
2. Действие x : X СОЗДАЕТ (z < КОТОРЫЙ > ИМЕЕТ ПРИЗНАК A). 
3. Вывод-оценка: БЕСПОЛЕЗНО (ДЕЙСТВИЕ X). 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 2: 
Слот 1 
(поверхностная часть 
основания сравнения) 	x 	СОЗДАЕТ 	z 	 < КОТОРЫЙ >  
ИМЕЕТ ПРИЗНАК A 	
Слот 2 
(переносный план) 	некто 	создает 	планы 	несбыточные 	
Слот 3 
(буквальный план) 	некто 	строит 	замки 	располагающиеся на 1 (сыпучем) песке 	
Слот 4 
(носитель фразеосемантики) 	somebody 
jemand 
nagon 	builds 
baut 
bygger 	castles 
etwas 
nagot 	on sand 
auf Sand 
pa losan sand 	
Посредством наложения структуры буквального плана (Слот 3) и структуры переносного плана (Слот 2) убеждаемся, что их взаимо-однозначное отношение нарушено на участках [располагающиеся на 1 (сыпучем) песке] и [z ИМЕЕТ ПРИЗНАК A (несбыточность)]. Это значит, что в отличие от ряда ФЕ, описанных фреймом № 1, для этого ряда ФЕ не характерно полное сквозное изоморфное соответствие элементов на всех уровнях строения. Они представляют такой вид моделей симилятивных ФЕ, в которых некоторые лексические компоненты не имеют самостоятельного переносного значения и, следовательно, не являются словами-номинаторами. 
Алломорфизм внутреннего строения ФЕ дополняется межъязыковым алломорфизмом компонентного состава, который выражен (а) квантитативным вариантом в форме лексемы losan в шведском языке и (б) наличием лишь переменного компонента (альтернанта) в позиции объекта в немецком и шведском языках. В английском и шведском языках детерминанты, выраженные определенными артиклями, носят факультативный характер. 
Для иллюстрации третьего вида взаимодействия элементов строения ФЕ рассмотрим фразеологизм to send smb to Coventry. Основание сравнения в данном случае может быть описано с помощью фрейма-сценария: 
Фрейм № 3. КОНФЛИКТ (фаза НАКАЗАНИЕ) 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: 
ЕСЛИ (x НАМЕРЕН (X НАКАЗЫВАЕТ Z)) ТО (X ПОСЫЛАЕТ Z) В I. 
2. Желание x: X ХОЧЕТ (Z СТРАДАЕТ). 
3. Действие X: X ПОСЫЛАЕТ Z В I. 
4. Следствие: Z СТРАДАЕТ. 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 3: 
Слот 1 
(переносный план) 	x 	объявляет 	z 	бойкот 	
Слот 2 
(буквальный план) 	некто 	посылает 	оппонента 	в Ковентри 	
Слот 3 
(носитель фразеосеман-тики) 	smb 	sends 	smb 	to Coventry 	
Семантический предикат (x НАМЕРЕН (X НАКАЗЫВАЕТ Z)) в буквальном плане интерпретируется как «посылает в Ковентри», а в переносном – по-разному, в зависимости от конкретной обозначаемой ситуации (объявляет бойкот, чинит обструкцию, игнорирует, прекращает общаться и т.п.). 
Сопоставление буквального и переносного планов данной фразеологической единицы не свидетельствует о взаимно-однозначном соответствии их элементов, т.е. налицо отсутствие изоморфизма внутренней структуры ФЕ. Ни один из лексических компонентов данной ФЕ не обладает самостоятельным переносным значением, следовательно, ни один из них не является словом в переносном плане, т.е. на втором ономасиологическом уровне. В данном случае мы имеем дело с третьим видом моделей симилятивных ФЕ, в которых на поверхностном уровне оказывается иной фрагмент основания сравнения, отличный от того, который отражен в фразеологическом значении. 
В тождественную модель вписывается немецкая ФЕ j-m einen Tusch blasen – шутл. хорошенько пробрать, пропесочить кого-л.: 
Фрейм № 4. КОНФЛИКТ (фаза НАКАЗАНИЕ) 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: 
ЕСЛИ (x НАМЕРЕН (X НАКАЗЫВАЕТ Z)) ТО (X СОВЕРШАЕТ I). 
2. Желание x: X ХОЧЕТ (Z СТРАДАЕТ). 
3. Действие X: X СОВЕРШАЕТ I. 
4. Следствие: Z СТРАДАЕТ. 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 4: 
Слот 1 
(переносный план) 	x 	пропесочивает 	Z 	 	
Слот 2 
(буквальный план) 	некто 	исполняет 	[наказуемому] 	туш 	
Слот 3 
(носитель фразеосемантики) 	jemand 	bla?t 	jemandem 	einen Tusch 	
Семантический предикат (x НАМЕРЕН (X НАКАЗЫВАЕТ Z)) в буквальном плане интерпретируется как «исполняет туш», а в переносном – хорошенько пробирает, пропесочивает. Структуры буквального и переносного плана не являются изоморфными в этом случае, так же как и в шведской ФЕ giva ngn avsked pa gratt papper (букв.: вручить кому-л. прощание на серой бумаге) – выгнать кого-л. с работы, где на поверхностный уровень вынесен не отраженный в фразеологическом значении фрагмент основания сравнения, например: 
Фрейм № 5. КОНФЛИКТ (фаза НАКАЗАНИЕ) 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: 
ЕСЛИ (x НАМЕРЕН (X НАКАЗЫВАЕТ Z)) ТО (X СОВЕРШАЕТ I). 
2. Желание x: X ХОЧЕТ (Z СТРАДАЕТ). 
3. Действие X: X СОВЕРШАЕТ I. 
4. Следствие: Z СТРАДАЕТ. 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 5: 
Слот 1 
(переносный план) 	X 	выгоняет 	Z 	с работы 	
Слот 2 
(буквальный план) 	некто 	вручает 	[наказуемому] 	прощание на серой бумаге 	
Слот 3 
(носитель фразеосемантики) 	nagon 	giver 	nagon 	avsked pa gratt papper 	
Отсутствие изоморфизма в структурах буквального и переносного планов наблюдаются и в других ФЕ современного шведского языка: 
att lagga sten pa borda – усугублять чье-л положение, att linda ngn om sitt finger – подчинить кого-л. себе, вить веревки из кого-л., att roa sig pa ngns bekostnad – смеяться, издеваться над кем-л., и др. 
Третий вид модели объединяет симилятивные фразеологические единицы с высшей степенью устойчивости во всех изучаемых языках: 
англ. to go off to Gretna (букв.: отправиться в Гретну) – тайно обвенчаться, to kiss the Blarney stone (букв.: поцеловать камень в Бларни) – обрести дар льстивой речи, to throw the little finger (букв.: бросить маленький палец) – разг.- фам. наклюкаться, нализаться, хватить лишнего, to go Dutch (букв.: идти по-голландски) – платить свою часть за угощение, устраивать складчину; 
нем. einen Turken bauen (букв.: строить, изображать турка) – заниматься показухой, nach Kanossa gehen (букв.: отправиться в Каноссу) – унижаться, wenn das Meer die Toten gibt (букв.: когда море отдает мертвых) – никогда; 
швед. fora bakom ljuset (букв.: вести, проводить позади света) – обмануть, ha en rav bakom orat (букв.: иметь лису за ушами) – надувать, фальшивить, gora vackert vader (букв.: делать прекрасную погоду) – съесть все, без остатка, и др. 
Анализ взаимоотношений элементов всех уровней строения симилятивных фразеологических единиц с помощью ситуационно-семантических, или фреймовых моделей выявляет наличие трех видов межуровневых взаимоотношений и, соответственно, подтверждает гипотезу о существовании в каждом из изучаемых языков трех подклассов СФЕ: 
а) подкласса минимально целостных СФЕ, где каждая лексема находится во взаимно однозначном, или изоморфном, соответствии с одним элементом образной основы и с одним элементом фразеологического значения: 
б) подкласса медиально целостных СФЕ, где не каждая лексема находится во взаимно однозначном, или изоморфном, соответствии с одним элементом образной основы и с одним элементом фразеологического значения: 
в) подкласса максимально целостных СФЕ, где ни одна лексема не находится во взаимно однозначном, или изоморфном, соответствии с одним элементом образной основы и с одним элементом фразеологического значения, наблюдается полное отсутствие межуровневого изоморфизма структур СФЕ. 
Таким образом, с одной стороны, подтверждается концепция А.В. Кунина о трех степенях устойчивости фразеологических единиц: ФЕ низкой, ФЕ средней и ФЕ высокой степени устойчивости, не только на материале английского языка, но и немецкого и шведского языков. С другой стороны, выявляется наличие трех видов изоморфных структурно-семантических моделей симилятивных фразеологических единиц в каждом из изучаемых германских языков. 
Структурно-семантический класс СФЕ включает три подкласса: аллегорические, метафорические и компаративные ФЕ, каждому из которых соответствует собственный подкласс фразеологических моделей, выделяемый по характеру моделирования действительности в знаковой структуре ФЕ. 
Если метафорические и компаративные ФЕ подвергались подробному лингвистическому анализу, то аллегорические ФЕ испытывают недостаток внимания со стороны лингвистов, которые обычно не отграничивают их от метафорических ФЕ. Нам близка точка зрения В.М. Савицкого (1996), отметившего ряд существенных отличий аллегорических ФЕ от метафорических как в структурном отношении (они построены по несколько иным схемам), так и в функциональном отношении (они несколько иначе моделируют действительность в своей знаковой структуре (Fedulenkova 2005). 
Отличие аллегорического образа от метафорического заключается в его асимметричности. Дело в том, что при аллегорическом осмыслении образа происходит перенос (а) в иную тематическую область и (б) на иной, более высокий уровень абстракции. «В подлинной метафоре невозможно сказать, какой момент является пояснением, а какой – поясняющим» (Лосев 1982). При метафорическом сопоставлении пожара и зари отмечается равноправие референтов: пожар может быть метафорой зари, а заря метафорой пожара. Что касается аллегории, то тема в ней всегда абстрактна, а образ конкретен. К одним из основных свойств аллегории относится ее способность «раскладываться в бесконечный ряд», т.е. иметь в принципе неограниченное число конкретных трактовок, или обладать полиинтерпретативностью. 
Поясним различие между этими двумя видами образности с помощью противопоставления понятий «значение» и «ситуативный смысл». В фразеологической метафоре значение и ситуативный смысл в основном совпадают. Например, английская ФЕ to be (all) Greek to smb (букв.: быть сплошь греческим для кого-л.) в любом контексте имеет одно и то же значение: «китайская грамота, ничего не понятно» (to be difficult for someone to understand) (Longman 137). Немецкая ФЕ auf (bei) den Ohren sitzen (букв.: сидеть на ушах) всегда означает «заткнуть уши, не хотеть слышать» (nicht horen wollen), шведская ФЕ att lagga lok pa laxen (букв.: класть лук на лосось) независимо от контекста означает «ухудшать положение» (oka redan stora svarigheter – SSO 726). 
Аллегорические ФЕ, в отличие от метафорических, отличаются разнообразием ситуативных смыслов в рамках общего абстрактного значения. Например, ФЕ англ. dig a pit for smb., нем. j-m eine Grube graben, швед. grava en grop at ngn (ср. рус. копать яму кому-л.), в соответствии с результатами опросов носителей изучаемых языков, могут иметь наряду с другими следующие ситуативные смыслы: 
английский язык 
1. My companion hid the printed version of my paper a few minutes before 
I was to take the floor. 
2. His girl-friend left the door unlocked and it didn’t take long the gang 
to sweep it clean. 
3. The secretary appointed the wrong time for the meeting on purpose. 
немецкий язык 
1. Emma versucht seit Jahren, die Stellung zu kriegen, die du jetzt hast. Pa? auf – wenn du ihr die geringste Gelegenheit gibst, wird sie alles tun... 
2. Am Abend stellte sie die Zeiger nach und ich kam ins Theater zu spat leider. 
3. Frau Sorge verausgabte viel Geld und Gesundheit um ihren Sohn zu enterben. Und seit ihrem Schlaganfall vor zwei Jahren ist sie ans Bett gefesselt. 
шведский язык 
1. Alla utvagar var stangda: hon tog med sig min larobok och jag blev kuggad. 
2. For ett ar sedan Helga rev min biljetten i stycken och hitintills hon hallar sig pa avstand. 
3. Viktor ljog bara en gang och nu for tiden han ar standigt radd for att Simona skall ljuga honom ocksa. 
По характеру образности аллегорические ФЕ близки к текстам нравоучительного характера. Не случайно многие из них этимологически восходят к басням, притчам и т.п., включая их в свою семантику в качестве мотивирующего фрагмента фоновых знаний. Если в притче мораль, как правило, скрыта в образной структуре, из которой она выводится путем умозаключения, то в басне мораль явно выражена в виде морально-дидактического суждения. В соответствии с этим, среди аллегорических фразеологизмов выделяются два вида: 
а) ФЕ, где оценка ситуации скрыта в образе (и адресат высказывания, проанализировав ситуацию, делает вывод о разумности, целесообразности, пользе и т.п. действия): 
англ. to swap horses while crossing the stream, to cry over spilt milk, to wash one’s hands, to return to one’s vomit, to hide one’s light under a bushel; 
нем. seine Hande in Unschuld waschen, etroffener Hund bellt, das Pferd hinter den Wagen spannen, etw. mit j-m wagen, das (oder j-s) Licht unter einen Scheffel setzen; 
швед. tva sina hander, vanda om till sin spya (sina spyor), dela ngns lott, att satta sin lampa (sitt ljus) under sadesmattet (skappan); 
б) ФЕ, где оценка выражена явно (с помощью императива и др. синтаксических конструкций, модальных слов, отрицания и т.п.): 
англ. Don’t teach your grandmother to suck eggs; One cannot run with the hare and hunt with the hounds; It is too late to lock the stable door when the horse is stolen; Man cannot live by bread alone; Pride goes before a fall; Can the leopard change his spots?; He that touches pitch shall be defiled; They that take the sword will perish with the sword; etc. 
нем. Einem geschenckten Gaul sieht (guckt) man nicht ins Maul; Frisch begonnen, halb gewonnen; Wer vielerlei beginnt, gar wenig Dank gewinnt; Hochmut kommmt vor dem Fall; Wer das Schwert nimmt, der soll durchs Schwert umkommen; 
швед. Skall agget lara honan varpa; Sila mygg och svalja kameler; Sopa rent for sin egen dorr; Overmod foljs av nederlag (Hogmod gar fore fall); Den som ror vid tjara flackar ner sig; Alla som griper till svard skall dodas med (taga till svard skola forgoras genom) svard; etc. 
Нередко одна и та же ФЕ выступает в форме словосочетания и в форме предложения: 
англ. to run with the hare and hunt with the hounds :: One cannot run with the hare and hunt with the hounds; to touch pitch without being defiled :: You can’t touch pitch without being defiled; to serve two masters :: No man can serve two masters; 
нем. zwei Herren dienen :: Niemand kann zwei Herren dienen; seine Flecken wandeln :: Kann ein Panther seine Flecken wandeln? 
швед. att svalja kameler :: Sila mygg och svalja kameler; att tjana tva herrar :: Ingen kan tjana tva herrar; att andra (forvandla) sina flackar :: Kan leoparden (pantern) andra (forvandla) sina flackar? 
В сущности, все аллегорические ФЕ носят пословичный характер, равно как и все пословицы, принадлежащие фразеологическому фонду, есть аллегории. В ряде работ подчеркивается, что даже если аллегорическая ФЕ не имеет синтаксического коррелята в форме замкнутого предложения, она все равно носит пословичный характер, поскольку это свойство определяется не по формальному, а по содержательному признаку (см. тж. Федуленкова 1996). 
Отличительная особенность аллегорических ФЕ заключается в их способности моделировать основную ролевую структуру целого класса обозначаемых ситуаций. Их образная основа компрессивно отражает сюжетный фрейм басни, притчи и пр. Аллегорические ФЕ, как правило, обозначают многоролевые ситуации действительности. Основание сравнения АФЕ имеет следующие особенности: 
а) оно довольно обширно; 
б) оно в значительной степени отражено на поверхностном уровне; 
в) оно включает существенные признаки образа и темы. 
Структура аллегорической ФЕ англ. to hide one’s light under a bushel, нем. das (oder j-s) Licht unter einen Scheffel setzen, швед. att satta sin lampa (sitt ljus) under sadesmattet (skappan) может быть описана так: 
Фрейм № 6. НЕЦЕЛЕСООБРАЗНОЕ ДЕЙСТВИЕ 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел: x ВЛАДЕЕТ v [ценность]; 
ЕСЛИ (x РАЗВИВАЕТ v) ТО (x ПРИОБРЕТАЕТ A [более высокую ценность]); x УБЕЖДЕН (x ОТКАЗЫВАЕТСЯ) (x РАЗВИВАЕТ v)); 
НЕВЕРНО (УБЕЖДЕНИЕ x). 
2. Действие х: X ДОСТАВЛЯЕТ v В 1. 
3. Следствие: X не ПРИОБРЕТАЕТ A. 
4. Вывод-оценка: НЕЦЕЛЕСООБРАЗНО (ДЕЙСТВИЕ х). 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 6: 
1. 	Актанты 	x 	 	V 	1 	
2. 	Переносный план 	человек 	[помещает] 	социально-духовная ценность 	[неадекватное место] 	
3. 	Буквальный план 	некто 	помещает 	свой свет, 
свою лампу 	под мешок, 
под шеффель/ четверть, 
под четверик 	
4. 	Носитель фразео-семантики 	somebody 
jemand 
nagon 	puts 
setzt 
sattar 	his light 
das Licht 
sin lampa (sitt ljus) 	under a bushel 
unter einen Scheffel 
under sadesmattet (skappan) 	
В межъязыковом плане (горизонтальное сопоставление элементов структуры АФЕ) рассматриваемая модель характеризуется изоморфным строением в трех изучаемых языках. Алломорфизм проявляется на уровне внутренней формы, т.е. на уровне образа сопоставляемых ФЕ, и выражается в варьировании лексических компонентов свет, лампа в позиции v и в варьировании лексических компонентов мешок, шеффель, четверть, четверик в позиции 1. 
Вертикальное сопоставление элементов структуры АФЕ делает очевидным высокую степень абстрактности фразеологического значения (Слот 2) по сравнению с образной основой ФЕ (Слот 3). Т.е. фразеологическое значение есть не столько собственно значение, сколько правила содержательного варьирования смыслов в конкретных речевых ситуациях, инвариант смыслов, их схематический образец. Количество смыслов, которые могут располагаться в последующих ячейках модели рассматриваемой ФЕ, практически не ограничено: 
Ситуативный смысл 1: 
X 	 	V 	1 	
поэт 	кладет 	стихи 	под сукно 	
Ситуативный смысл 2: 
X 	 	V 	1 	
скрипач 	несет 	скрипку 	в ломбард 	
Ситуативный смысл 3: 
X 	 	V 	1 	
художник 	несет 	мольберт 	на рынок 	
Ситуативный смысл 4: 
X 	 	V 	1 	
кузнец 	выбрасывает 	молот 	на свалку 	
Ситуативный смысл 5: 
X 	 	V 	1 	
иллюзионист 	сдает 	реквизиты 	на склад 	
Вертикальное сопоставление уровней структуры ФЕ делает очевидным тот факт, что каждому из элементов образной основы соответствует одна лексема с переносным значением. То есть, специфика знакового строения АФЕ функционально обусловлена: она определяется тем, что АФЕ изоморфно моделируют ту или иную реальную типовую ситуацию. 
Аллегорические ФЕ отличаются большой распространенностью в трех изучаемых языках. В исследуемом материале аллегорические ФЕ составляют 65 % симилятивных ФЕ в английском языке, 61 % в немецком языке и 59 % – в шведском. Например: 
англ. to sell one’s birthright (for a mess of pottage) – продать право первородства за чечевичную похлебку, to teach one’s grandmother to suck eggs – не учи ученого, to cast one’s bread upon the waters – пускать хлеб по водам; 
нем. j-s Erstgeburt (fur das Linsengericht) verkaufen – продать право первородства за чечевичную похлебку, den Hund nach Bratwursten schicken – пустить козла в огород, das Brot uber das Wasser fahren lassen – пускать хлеб по водам; 
швед. att salja sin forstfodsloratt (for en linssoppa) – продать право первородства за чечевичную похлебку, (inte) att skada given hast i munnen – (не) смотреть дареному коню в зубы, skjuta sparvar med kanon – стрелять из пушки по воробьям, att satta bocken till tradgardsmastare – пустить козла в огород, att sanda sitt brod over vattnet – пускать хлеб по водам, и мн. др. 
Аллегории создаются не в целях собственно живописания некой ценности, а скорее в целях иллюстрации какой-либо абстрактной идеи, т.е. у аллегорических ФЕ выразительная функция доминирует над изобразительной. Аллегория моделирует не столько образные детали, сколько общую структуру класса обозначаемых объектов (референтов) и, приписывая актантам ролевые функции, рождает в сознании адресата определенный модус осмысления объекта. 
В отличие от аллегорических метафорические ФЕ имеют меньшее по объему основание переноса, в качестве которого могут служить несущественные с понятийной точки зрения семантические признаки. Поэтому МФЕ обладают меньшим потенциалом моделирования действительности по сравнению с АФЕ. У метафорических ФЕ изобразительная функция доминирует над выразительной: они скорее подчеркивают живописные детали объекта, чем выражают его понятийную сущность (Федуленкова 2006), т.е. их назначение – не объяснять и поучать, а показывать, подчеркивать, живописать своеобразие объекта: 
англ. to put the cart before the horse (ставить телегу перед лошадью) – нарушать порядок действий, to take the wind out of smb’s sails (лишить ветра чьи-л. паруса) – осадить кого-л., to have a bee in one’s bonnet (иметь пчелу в чепчике) – носиться с навязчивой идеей, to take a leaf out of smb’s book (позаимствовать лист из чьей-л. книги) – подражать кому-л.; 
нем. den Gaul beim Schwanz(e) aufzaumen (взнуздывать коня с хвоста) – 
делать все наоборот, j-m Sand in die Augen streuen (сыпать кому-то песок в глаза) – втирать очки кому-л., die Pferde hinter den Wagen spannen (запрягать лошадь позади телеги) – начинать не с того конца. mit den Wolfen heulen (вместе с волками выть) – присоединяться к мнению большинства по соображениям выгоды, den Stier bei (an) den Hornern fassen (packen) (взять быка за рога) – начинать действовать решительно, сразу; 
швед. att stro salt i saren (сыпать соль на рану) – ухудшать положение, satta myror i huvudet pa ngn (поместить муравьев кому-то на голову) – озадачить кого-л. satta sig pa sina hoga hastar (усесться на своего высокого коня) – заважничать, att fa spark (получить пинок) – разг. быть уволенным с работы, ha en gas oplockad med ngn (иметь гуся необщипанным кем-л.) – затаить обиду на кого-л., иметь зуб на кого-л. 
Среди метафорических ФЕ имеется большое количество межъязыковых эквивалентов, что свидетельствует об устойчивости горизонтального изоморфизма данной модели: 
а) англ. to fish in muddy (troubled) waters, нем. im truben fischen, швед. att fiska i grumligt vatten (ловить рыбу в мутной воде) – заниматься неприятным, суетным делом; 
б) англ. to make bricks without straw, нем. Ziegel ohne Stroh machen, швед. att sla tegel utan halm (делать кирпичи без соломы) – начинать дело, не имея достаточных оснований; 
в) англ. to catch at a straw, нем. sich an einem Strohhalm klammern, швед. att gripa (som en drunknande) efter ett halmstra (ухватиться за соломинку) – использовать ничтожную возможность для спасения ситуации; 
г) англ. to take smth with a pinch (grain) of salt, швед. ta ngt med en nypa salt (воспринимать что-либо со щепоткой соли) – понимать не буквально, относиться с долей иронии к чему-л., и мн. др. 
Наряду с метафорическими и аллегорическими ФЕ к симилятивным фразеологизмам относим и компаративизмы. Компаративные ФЕ со структурой (Conj) + Adj + Conj + N/Ngroup традиционно классифицируются как адъективные (см. работы Н.М. Сидяковой, А.М. Михайлова, Эргаша Бабаева, О.М. Неведомской, Ю.В. Литвинова, И.З. Искандеровой, А.В. Терентьева, И.В. Холманских и нек. др.). Поскольку в предложении компаративные фразеологизмы выполняют функцию предикатива при составном именном сказуемом, то их можно рассматривать в сочетании с глаголом-связкой в числе глагольных ФЕ. Такая форма приближает их к метафорическим глагольным фразеологизмам по характеру моделирования действительности. Основанием семантического переноса таких ФЕ является сходство бытийного признака (состояния или свойства) сопоставляемых (экстралингвистических) объектов. Лексико-грамматическая модель этих ФЕ имеет структуру «глагол быть + (союз) + качественное прилагательное + союз + существительное/ именная группа», в которой значение прилагательного выражает общий признак темы и образа и значение существительного или именной группы выражает образ носителя этого признака, считающегося эталонным в данной культуре. Благодаря однотипности компаративных фразеологизмов все они могут быть описаны одной абстрактной фреймовой моделью, которая объединяет субмодели обладание свойством и обладание ситуацией, включающие, в свою очередь, более конкретные (по характеру свойств и состояний) субмодели. Приведем пример ситуационно-семантического моделирования компаративных ФЕ: 
Фрейм № 7. ВЫСОКАЯ СТЕПЕНЬ НЕПРЕСТИЖНОГО СВОЙСТВА 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел (фоновые знания): 
z ИМЕЕТ СВОЙСТВО A; ВЕЛИКА (СТЕПЕНЬ A); НЕПРЕСТИЖНО A. 
2. Свойство x: (x ИМЕЕТ СВОЙСТВО A) И СТЕПЕНЬ (Ax) = СТЕПЕНЬ (Az). 
3. Оценка: НЕПРЕСТИЖНО (x ИМЕЕТ СВОЙСТВО A). 
Интерпретация элементов фрейма-сценария № 7: 
а) английский язык 
X 	ИМЕЕТ СВОЙСТВО 	( = ) 	Z 	
Smb. 	is slippery 
скользкий, изворотливый 	as 
как 	an eel 
угорь 	
Smb. 	is blind 
слепой, недальновидный 	as 
как 	a brickbat 
летучая мышь 	
Smb. 	is obstinate (stubborn) 
упрямый, настырный 	as 
как 	a mule 
ишак 	
Smb. 	is grave 
мрачный, угрюмый 	as 
как 	an owl 
сова 	
Smb. 	is gaudy 
пестрый, разряженный 	as 
как 	a peacock 
павлин 	
Smb. 	is fierce 
свирепый, разъяренный 	as 
как 	a tiger 
тигр 	
Smb. 	is mad 
сумасшедший, спятивший 	as 
как 	a March hare 
мартовский заяц 	
б) немецкий язык 
X 	ИМЕЕТ СВОЙСТВО 	( = ) 	Z 	
jemand 	ist listig 
коварный 	wie 
как 	eine Schlange 
змея 	
jemand 	ist storrisch 
упрямый 	wie 
как 	ein Esel 
осел 	
jemand 	ist matt 
сонный 	wie 
как 	eine Fliege 
муха 	
jemand 	ist stolz, eitel 
важный 	wie 
как 	ein Pfau 
павлин 	
jemand 	ist falsch 
фальшивый 	wie 
как 	eine Katze 
кошка 	
jemand 	ist hilflos 
беспомощный 	wie 
как 	eine gebadete Maus 
мокрая мышь 	
jemand 	ist schlaftig 
сонный 	wie 
как 	eine Ratte bei Sonnenschein 
мышь под солнышком 	
в) шведский язык 
X 	ИМЕЕТ СВОЙСТВО 	( = ) 	Z 	
nagon 	ar listig 
хитрый 	som 
как 	en rak 
лиса 	
nagon 	ar envis 
упрямый 	som 
как 	en asna 
осел 	
nagon 	ar full 
пьяный 	som 
как 	en svin 
свинья 	
nagon 	ar rak 
прямой 	som 
как 	en spik 
жердь 	
nagon 	ar tyst 
молчаливый 	som 
как 	ett ostron 
устрица 	
nagon 	ar dold 
скрытный 	som 
как 	en tjuv om natten 
вор ночью 	
nagon 	ar hjalplos 
беспомощный 	som 
как 	en hare i to 
заяц во время оттепели 	
Сопоставление буквального плана структуры компаративных ФЕ и плана-носителя фразеосемантики свидетельствует об их членимости и принадлежности к моделям минимально целостных и медиально целостных КФЕ, т.е. моделям первого и второго видов. Межъязыковое сопоставление показывает, что (а) модели КФЕ трех германских языков изоморфны, (б) алломорфизм КФЕ состоит в том, что во всех изучаемых языках образ КФЕ может быть конкретизирован путем расширения компонентного состава объекта сравнения, например: a March hare, eine Ratte bei Sonnenschein, en hare i to и др. Т.е. алломорфизм проявляется на уровне внутренней формы КФЕ, основную роль в формировании которой играет национально-культурный эталон. 
Межъязыковой сопоставительный анализ выявляет неравномерность распределения компаративных ФЕ в изучаемых языках. Если в английском языке зафиксировано около двухсот КФЕ и в шведском более полутора сотен, то в немецком их почти вдвое меньше, что объясняется синтетизмом немецкого языка, и, в особенности, мощной тенденцией к словосложению. 
Если в английском языке существует КФЕ (as) cunning as a fox, то в немецком вместо ожидаемого компаративного эквивалента listig wie ein Fuchs словарь предлагает сложное слово der Fuchsschwanzer (льстец) или усиленную эпитетом метафору er ist ein schlauer Fuchs (букв.: он – хитрая, лукавая лиса) – он хитрец. Во многих других случаях компаративизмам в английском и шведском языках соответствуют сложные слова в немецком языке: hasenherzig – трусливый, робкий как заяц (малодушный), erzdumm – глупый как пробка, stockdumm – глупый как пень (крайне глупый), aalglatt – скользкий как угорь, увертливый и др. 
Среди разряда компаративных ФЕ в трех германских языках имеется также широкий пласт КФЕ, принадлежащих к классу глагольных и наречных фразеологизмов: 
англ. to fight like Kilkenny cats – бороться не на жизнь, а на смерть, to run like a dear – бежать как угорелый, to sleep like a top – спать как убитый, to squeal like a stuck pig – визжать как свинья недорезанная, to swell like a turkey-cock – надуться как индюк, ходить с важным, напыщенным видом, to swim like a tailor’s goose – плавать как топор, to feel like death warmed up – чувствовать себя как убитый, like a bear with a sore head – как медведь-шатун; 
нем. dahstehen wie die Kuh vorm neuen Tor – уставиться как баран на новые ворота, passen wie die Faust aufs Auge – подходить как корове седло, wie ein Hase hin- und herlaufen – метаться как заяц, soviel von etwas verstehen wie die Kuh vom Sontag – смыслить в чем-либо как свинья в апельсинах, spielen mit j-m wie die Katze mit der Maus – играть с кем-л. как кошка с мышкой, sich wie ein Pfau spreizen – распустить хвост как павлин, wie eine Landpomeranze aussehen – быть как маков цвет (о деревенской девушке), wie der Wolf in der Fabel – легок на помине; 
швед. att tysta som muren – молчать как стена, att kanna sig som fisken i vattnet – чувствовать себя как рыба в воде, att ga som en dans – идти как по маслу, att vara lika sams som hund och katt – жить как кошка с собакой, att vara sa lika som tva bar – быть похожими друг на друга как две капли воды, att sta som traffad av blixten – стоять как громом пораженный, att gora sitt ansikte hart som flinta – быть непреклонным, att gora sin panna hard som sten – принять твердое решение, som en blixt fran klar himmel – как гром среди ясного неба, klart som dagen – ясно как день, som fallen fran manen (skyarna / himmelen ) – как с луны (с неба) свалившийся, som en blixt – с быстротой молнии, молниеносно, и др. 
Для глагольных и наречных КФЕ характерно более сложное моделирование, но принцип построения их моделей в основном совпадает с тем, что у адъективных КФЕ. Например: 
Фрейм № 8. НЕБЛАГОПРИЯТНОЕ ОКРУЖЕНИЕ 
Основание сравнения: 
1. Исходное положение дел:   
ЕСЛИ (X НАХОДИТСЯ В/НА 1) ТО (x СТРАДАЕТ). 
2. Действие: X НАХОДИТСЯ В/НА 1. 
3. Следствие: X СТРАДАЕТ. 
Интерпретация элементов фейма-сценария № 8: 
X 	СТРАДАЕТ 	КАК 	Z < К-РЫЙ > НАХОДИТСЯ В/НА 1 	
smb. 	feels 	like 	a cat on hot bricks 	
j-d 	sich fuhlt 	wie 	ein Kaninchen im Huhnerstall 	
ngn 	kannar sig 	som 	fisken utanfor vatten 	
Анализ данной модели показывает соответствие каждого элемента образной основы элементу обозначаемой ситуации, т.е. рассматриваемые компаративные ФЕ относятся к разряду членимых фразеологизмов. 
В межъязыковом плане рассматриваемому разряду КФЕ присущ изоморфизм способов моделирования действительности. Алломорфные черты выявляются на уровне внутренней формы сопоставляемых КФЕ. 
Сопоставительно-типологический анализ симилятивных ФЕ английского, немецкого и шведского языков дает возможность утверждать следующее: 
1) анализ взаимоотношений элементов всех уровней строения симилятивных фразеологических единиц с помощью фреймовых моделей выявляет наличие трех видов межуровневых взаимоотношений внутри ФЕ и, соответственно, подтверждает гипотезу о существовании в каждом из изучаемых языков трех подклассов СФЕ: 
а) подкласса минимально целостных СФЕ; 
б) подкласса медиально целостных СФЕ; 
в) подкласса максимально целостных СФЕ; 
2) выявление изоморфизма номенклатуры подклассов СФЕ сопровождается выявлением наличия трех видов изоморфных структурно-семантических моделей СФЕ в каждом из изучаемых германских языков; 
3) структурно-семантический класс СФЕ включает три типа: аллегорические, метафорические и компаративные ФЕ, каждому из которых соответствует собственный тип фразеологических моделей, выделяемый по характеру моделирования действительности в знаковой структуре ФЕ; 
4) отличие аллегорического образа от метафорического заключается в его асимметричности, в более высоком уровне абстракции, в большем разнообразии ситуативных смыслов в рамках общего абстрактного значения, в их способности моделировать основную ролевую структуру целого класса обозначаемых ситуаций; 
5) в отличие от аллегорических фразеологизмов метафорические ФЕ характеризуются меньшим по объему основанием переноса, меньшим потенциалом моделирования действительности по сравнению с АФЕ и доминированием изобразительной функции над выразительной; 
6) сопоставление буквального плана структуры компаративных ФЕ и плана-носителя фразеосемантики свидетельствует об их членимости и принадлежности к моделям минимально целостных и медиально целостных КФЕ, т.е. моделям первого и второго видов; 
7) межъязыковой сопоставительный анализ выявляет неравномерность распределения компаративных ФЕ в изучаемых языках: в немецком их почти вдвое меньше, что объясняется синтетическим характером немецкого языка, и, в особенности, мощной тенденцией к словосложению. 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Основная литература
Лосев В.М. Знак. Символ. Миф: Труды по языкознанию. М. МГУ, 1982. 
Поляков В.М. Вопросы поэтики и художественной семантики. М.: Сов. писатель, 1986. 
Савицкий В.М. Аспекты теории фразообразовательных моделей: Учеб. пособие по спецкурсу / Науч. ред. Л.И. Устинова. Самара: Изд-во Самар. гос. пед. ин-т, 1993. 
Савицкий В.М. Проблема моделирования во фразеологической системе языка (на материале английских глагольных фразеологических единиц): Автореф. дис. … д-ра филол. наук. Самара, 1996. 
Федуленкова Т.Н. Аллегория versus метафора в фразеологии (на материале английского, немецкого и шведского языков // Герценовские чтения (Иностранные языки): Материалы межвуз. конф. СПб: Изд-во Российского гос. ун-та им. А.И. Герцена, 2006. С. 73-75. 
Федуленкова Т.Н.  Виды межуровневых взаимоотношений симилятивных фразеологизмов английского, немецкого и шведского языков // Вестник Ленинградского гос. ун-та им. А.С. Пушкина: Науч. журн. № 2 (4). Серия Филология. СПб, 2007. С. 80-87. 
Федуленкова Т.Н. Горизонтальный и вертикальный изоморфизм аллегорической модели в германской фразеологии (на материале английского, немецкого и шведского языков) // Разноуровневые характеристики лексических единиц: Сб. науч. статей. Смоленск: Смоленский гос. ун-т, 2006. С. 89-93. 
Федуленкова Т.Н. Изоморфизм и алломорфизм компаративизма в германской фразеологии (на материале английского, немецкого и шведского языков) // Lingua mobilis: Науч. журнал. Челябинск: Челяб. гос. ун-т, 2006. № 1(1). С. 135-140. 
Федуленкова Т.Н., Попова Е.Ю. Особенности семантической трансформации компонентного состава английских компаративных фразеологических единиц // Лингвистика и лингвистическое образование в современном мире: Материалы международ. конф., посвященной 100-летию со дня рождения профессора В.Д. Аракина. М.: Прометей, 2004. С. 168-171. 
Fedulenkova T. Isomorphism and Allomorphism of English, German and Swedish Phraseological Units Based on Metaphor // Phraseology 2005: The many faces of Phraseology: Proceedings of an interdisciplinary conference. Louvain-la-Neuve, 2005. P. 125-128. 
Дополнительная литература
Бабаев Э. Образные сравнительные обороты в современном английском и таджикском языках: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. M., I977. 
Искандерова И.З. Семантико-структурная характеристика сравнительных конструкций немецкого языка. М.: Изд-во Московского пед. ин-та им. Ленина, 1982. 
Кабанова Н.М. Компаративные фразеологические единицы болгарского, сербского и словенского языков: Автореф. дис. …канд. филол. наук. Л., 1986. 
Кузнецова И.В. Устойчивые сравнения русского языка: (в сопоставлении с украинским и сербскохорватским). Дис. …канд. филол. наук. СПб., 1995. 
Неведомская О.М. Компаративные фразеологизмы немецкого языка в сопоставлении с русскими: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Л., 1973. 
Михайлов В.Я. Компаративная фразеология как особая структурно-семантическая группа в составе фразеологии современного немецкого языка: Дис. …канд. филол. наук. М., 1971. 
Сидякова Н.М. Компаративная фразеологическая единица и сложное слово // Проблемы межкультурной коммуникации в современном образовательном пространстве: Материалы международ. науч.-практ. конф. Тобольск, 2003. С. 70-72. 
Терентьев А.В. Адъективные компаративные фразеологические единицы как языковая универсалия. Автореф. дис. …канд. филол. наук. М., 1997. 
Федуленкова Т.Н. Пословичная фразеологическая деривация в современном английском языке // Новейшие лингвистические исследования и практика преподавания иностранных языков: Сб. науч. тр. Тюмень: Тюмен. гос. ун-т, 1996. С. 117-125. 
Федуленкова Т.Н. Специфика знакового строения симилятивных фразеологизмов в германских языках (на материале английского, немецкого и шведского языков) // Серия «Филологический сборник». Вып. 8. Ч. 4. Изменяющаяся Россия: Новые парадигмы и новые решения в лингвистике. Кемерово, 2006. С. 145-154. 
Федуленкова Т.Н. Фреймовые модели симилятивных фразеологизмов в германских языках (на материале английского, немецкого и шведского языков) // Проблемы культуры, языка, воспитания: Сб. науч. тр. Вып. 7 / Сост. и отв. ред. Р.В. Попов. Архангельск: Поморский ун-т, 2006. С. 196-207. 
Федуленкова Т.Н., Попова Е.Ю. Способы выражения объекта сравнения в компаративных фразеологических единицах // Ученые записки, том XV: Вопросы германской и романской филологии. СПб: Ленинград. гос. ун-т им. А.С. Пушкина, 2005. Вып. 4. С. 183-188. 
Холманских И.В. Компаративные фразеологические единицы с компонентом зоонимом. Автореф. дис. …канд. филол. наук. Тюмень, 2000. 
Munat J. When is a Noun String a Phraseological Unit? // Ranam: European Society for the Study of English: ESSE 6 Strasbourg 2002 / Ed. P. Frath & M. Rissanen. Strasbourg: Universite Marc Bloch, 2003. Vol. 36. P. 31-45. 
Naciscione A. Phraseological Units in Discourse: Towards Applied Stylistics. Riga: Latvian Academy of Culture, 2001. 
Naciscione A. Phraseological Units in Literary Discourse: Implications for Teaching and Learning // CAUCE, Revista de Filologia y su Didactica № 24: Reading Beyond Text: Processes and Skills. Sevilla: Universidad de Sevilla, 2001. P. 53-67. 
Naciscione A. Cohesion in Phraseology // Proceedings of the Tenth EURALEX International Congress, EURALEX 2002. Vol. II. Copenhagen, 2002. P. 533-539. 
Naciscione A. Prhaseological metaphor: Dead or alive? // Ranam: European Society for the Study of English: ESSE 6 Strasbourg 2002 / Ed. P. Frath & M. Rissanen. Strasbourg: Universite Marc Bloch, 2003. Vol. 36. P. 23-30. 
Naciscione A. Translation of Terminology: Why Kill the Metaphor? // Proceedings of the Third Riga Symposium on Pragmatic Aspects of Translation. Riga: University of Latvia, 2003. P. 102-115. 
Naciscione A. A Cognitive Approach to Instantial Stylistic Use of Phraseological Units in Discourse // Лингвистика и лингвистическое образование в современном мире: Материалы международ. конф., посвящ. 100-летию со дня рожд. проф. В.Д. Аракина. М.: Прометей, 2004. С. 151-153. 
Naciscione A. Cognitive Aspects of Visual Representation of Phraseological Image // Phraseology 2005: The many faces of Phraseology: Proceedings of an interdisciplinary conference. Louvain-la-Neuve, 2005. P. 289-292. 
Piirainen E. Widespread Idioms in Europe and Beyond: Towards a Cross-linguistic and Cross-cultural Research Project // Phraseology 2005: The many faces of Phraseology: Proceedings of an interdisciplinary conference. Louvain-la-Neuve, 2005. P. 347-350. 
Reichstein A.D. Ebenen der konfrontativen Analyse deutscher und russischer Phraseologie // Wissenschaftliche Zeitschrift der KMU Leipzig: Untersuchungen zur deutschen Phraseologie. Jg. 30. 1981. H. 5. S. 494-498. 
Telija V., Bragina N., Oparina El., Sandomirskaya I.. Praseology as a Language of Culture: Its Role in the representation of a Collective Mentality // Phraseology: Theory, Analysis, and Applications / Ed. A.P. Cowie. Oxford: Clarendon Press, 1998. P. 55-75.